НЕМЫСЛИМЫЕ денежки полуденных множеств
Денежки случаются различные – от махоньких раковин и животных клыков до двухметровых в диаметре жерновов авторитетом 5 тонн. Соединяет их вероятность мены на каждый товар в «соподчиненной» территории и страстность народов к обогащению. Автор пишет фантастические сценки в воздухе Джека Лондона и прививает нам привкус к праденьгам.
Книзу – к равновесию
В ХVII жизни европейские географы находили, что в полуденной тараторь нашей мира соответствующий находиться континент. Легко должен иметься, иначе Мир перелисталась бы под бременем прочих континентов. Они даже схематично причиняли его на близкие карты. Но тщетно смелые моряки колесили ширь Покойного океана. Им засыпались всего острова, да и то изредка. Но как ни изумительно, многие из одолжить песчинок, растерянных в безграничном мире соленой воды, существовали населенны.
Кое-какие острова, накрытые бешеной флорой, с благожелательным жителем, выглядели истерзанным путникам натуральным эдемом. Вторые, каменные, дымящие позже извержений вулканов, с автохтонами, усеянными фантастически татуировкой и свершающими мерзкие обряды каннибализма, – кануном ада. И никто не разгадал тогда, что человечество заработало потенциал зайти в близкое девственное младенчество. Писульки первооткрывателей действительно дороги для этнографов. Желая путешественники небольшой итого пытались поддержать научным исследованиям. Их, ближе, прельщали странный тип житья старожилов и их смешные привычки.
Культура бессердечно пробежалась по азбучной цивилизации, съедая и старинные обычая, и античные люди. Лишь в отдельных пунктах, не знакомящих кругозора для индустрии, скудных здоровыми устарелыми или с страховитыми климатическими договорами, еще сохранились круга с девственным укладом века. Как ни странно, эти народы болтают в себе зачатки наших общественных заболеваний и вопросов. По их взаимоотношениям можно обусловить, как вырабатывали «взрослые» индустриальные и финансовые взаимоотношения. Следовательно – изумительные денежки Полуденных множеств.
Существую вопроса? Ищи чушку
Даже когда-нибудь целым нужным маленькая деревня снабжает себя сама, она не возможно целиком оградиться от показного согласия. Так или по-иному нужно улаживать близкие взгляда с соседями. Если на норде существуют непримиримые противники, значит, необходимо разыскивать союзников на юге. Нельзя враждовать со всеми. На дружеском коллекции племен гости и мужья меняются дарами. При данном обе страны заботливо наблюдают, дабы дары по ценности отвечали товарищ товарищу. Отсюда счастливо один шаг до продажи, то грызть взаимовыгодного товарообмена.
И еще, да, женщины. На злом эксперименте человечество уверилось, что близкородственные связи ни к чему неплохому, кроме дегенерации, не повергают. Оттого и жен усердствовали занимать со сторонки. А если в своем племени нет нужного числа девиц для равносильного мены? Обозначает, нужно посвящать что-то остальное.
Самым дорогим, посланце женщины, подразумевается, существовало единое близкое звериное, какое-нибудь растворяли на мясо, – чушка. Прямо чушки обошлись самой первый и самой дорогой валютой. На островах, где нет большой нелепости, где празднество – когда-нибудь получается съесть вдоволь мяса, чушки обошлись символом роскоши. Одолжить не чересчур возвышенной живностью брали штрафы за преступления. Поступаясь чушку на коллективное пир, народ обзаводился неопровержимый вес. При содействия чушек можно существовало прорваться к администрации. И, да, женщины. За супругу необходимо существовало уплачивать всего чушками. Дабы достать чушек, кое-какие папуасы шли даже на контакт с бледным мужчиной. Они сходили с гор и действовали на банановых плантациях. Приобретая жалованье гебридскими франками и австралийскими долларами, на все денежки скупали чушек. Оттого что час жениться.
Всего тут имя Чушка для женщины не обнаруживает обидным. Навыворот, близко со каждыми Цветками и Бабочками носят раскрасавицы Чушки с высокомерно поднятой котелком.
Эволюция любителя и рыбака
Пора внушает личные поправки в старинные обычая. Искупать нареченную необщительными чушками уже числится нехорошим цветом. Настрелять в лесу – это несолидно. Нареченный соответствующий указать, что он народ положительный, чушек взрастил сам. Потому иногда поросеночку осуществляется год, ему выстукивают верхние резцы, и тогда нательные клыки растят высокими и смороженными. Подобную свинью не собьешь с нелепой.
В кое-каких племенах снаряди еще отдаленнее. Дорогой валютой сделались думать уже легко смороженные клыки, и чем интенсивнее выгнуты – тем дороже. А это уже аналог пропуска. Поскольку разноцветная бумажка тоже едва «посланец» желтого слитка, возлежащего в банковском сейфе. Остальная уверенная валюта для полинезийцев – раковины каури. Их вывозят с Соломоновых островов. Изомните, у Джека Лондона – «Некрасивые Соломоновы острова»? Причем не простодушно с Соломоновых, а с острова Ауки, и прямо с лагуны Ланга-Ланга.
Женщина как целься и способ
Ауки подобный махонький, что на нем произрастают всего кокосовые пальмы. Ни ямса, ни таро, ни бананов, ни уважаемых всеми чушек разбавлять нельзя. Да, можно столоваться одной рыбой, но зачем, когда-нибудь можно выдумать и промысел, кой никто не мог бы усвоить, кроме аборигенных обитателей. В Главной Европе кое-какие государства, тоже бедные ресурсами, смастерили ставку на ремесло. Швейцария, например... Раковины сами по себе денежками не обнаруживают. С ними нужноеще полно повкалывать, покамест они обзаведутся товарный вид. На Ауки совершают три пейзажа денежек из удовлетворительно разнообразных паспортов раковин. Нужно так, что изготовлением денежек берут едва женщины. (Оно и удобопонятно, едва женщина ведает, насколько ей необходимо для фамильного бюджета.) А мужчины поставляют сырье, вылавливая раковины в лагуне. Знакомство с привычками бледных наложило и тут личный след. Сейчас вместо того, дабы нырять, островитяне выбирают приобретать раковины на смежных островах.
Денежки мастерят так. Женщины скрупулезно оглядывают любую раковину, выкидывая негодные. Следом каменным молотком разделяют раковину, сообщая любому осколку более или менее целую конфигурацию. Совершенные кусочки раковины отделывают на известковой доске, политой водой. Потом в любой монетке буравят дыра и надевают на шнурок. Денежки – это вязка образцово кружков в пятьсот. Длина ее сантиметров 90. Из агатовых раковин курила совершают самые недорогие денежки. Зато красивые денежки – ронго – самые дорогостоящие. Они приобретают из раковин рому, промышляемых на весьма глубокий глубине. Смастерить алую деньги тоже непросто. Дабы она обзавелась необходимый красивый краска, ее жгут на раскаленных камнях.
Алыми денежками с давнишних пор интересовались европейцы. Еще в крае XIX столетия они признали, что папуасы на Новейшей Гвинее зарабатывают в кучах счастливый песок. Товаров водки мужчины они тогда не нанимали. Им необходимы имелись чушки – выкуп за нареченную. Чушек можно находилось приобрести на раковинные денежки. Бледные плыли на Ауки, приобретали красивые денежки за спиртное и ткань. Следом на смежных островах сменяли их на чушек, отвозили чушек папуасам, приобретая в плоде желанное золото. Действительно симпатия – двигатель индустрии.
Каменный банк
Но народонаселения острова Яп с Каролинского архипелага переплюнули целых прочих. В береговых водах острова нет годящихся раковин, зато в нескольких десятирублевках миль отсюда нахожусь безлюдный остров Палау. Он дорог тем, что заключается из известняка. Каждый население Япа мог зайти в пирогу и отойти к Палау за состоятельностью. Поскольку прямо высеченные из известняковых плит громадные, двухметровые в диаметре, аналогично на жернова кругляши рассчитываются на острове Яп денежками. Округленные – дабы слабее катить, с дырой – дабы просунуть тупица при погрузке на пирогу. Называют они Фе. Чем выше Фе, тем милее. Самые взрослые экземпляры добираются 2.5 метров в диаметре и тянут практически 5 тонн. Подобные денежки не похитишь, а если и похитишь, то не запрячешь. Они покоятся себе безмятежно около семей или вдоль мил. Все на счету, и при сговору довольно условиться о переводе одного Фе в имущество новоиспеченного обладателя, а с местности не умилять. Так же и в европейских банках происходят сговора при поддержки документов, а настоящее золото остается под замком в хранилище. Эти денежки, в различие от прочий экзотической валюты, проверили на себе влияние инфляции. Справедливость, по водке белоснежного народа.
Водка народ и инфляция
В 70-х возрастах XIX вежд у острова пострадал кораблекрушение капитан О’Кифи. Островитяне его избавили. Он пожил среди них, изучил привычки, испытал их внутренние и физические ценности. Оставив остров, O’Кифи приобрел шхуну и пустился на остров Палау. Оттуда он доставил немножко десятков Фе, сменяв их у островитян на копру. Когда-то многие из пирог любителей за денежками гибли в море. Капитану O’Кифи промышлять Фе существовало гораздо проще, чем островитянам. Денежки, обретенные от O’Кифи, возбудили подлинную инфляцию. Но экономика острова устояла. Под нажимом старейшин находилась завоевана соглашение, что срубать Фе из известняка довольно едва старожилы – в числе, регламентированном старейшинами. Неопасную доставку на остров бремени Фе и искусников реализовывает O’Кифи, за что и приобретает оговоренное число копры.
Одолжить тандем делал немножко лет ко общему наслаждению, покуда остров не был занят Германией. Немецкие колонизаторы временем запретили эту идиллию и традиционную валюту тоже. Об изумительных денежках можно сообщать еще долго. На Гаити, например, одно эпоха в качестве денежек владели хождение тыквы. До сих пор деньги называется гурд (тыква). На вторых островах шли в мена зубы акул и псов, птичьи когти и перья, резные деревянные личины. Но, увы, на Почве уже почти не осталось обособленных уголков, куда-нибудь не вкрались кружочки металла или прямоугольники разноцветный бумаги. Странные денежки все выше и вящее изображают кругозор едва для специалистов, собирателей и организаторш туристического бизнеса.
Алексей Синельников
